udin150

Igor Yudin

Л. Леонтович

И. Юдин

Уже которое десятилетие не прекращаются споры о статусе экономики и ее месте в системе наук, о ее функциях применимости. Очевиден существенный отрыв теории от практики: многотомные труды ученых-экономистов пылятся в библиотеках, стремительно увеличивается число кандидатов и докторов экономических наук, в то же время в прикладной области работают все больше по наитию, к теоретическим разработкам относятся со скепсисом (и, увы,- небезосновательно); со временем подобные тенденции только усугубляются.

В связи с этим было решено начать осмысление самых основ экономической науки, и мы попытались ответить на ряд вопросов:

Что делает науку наукой?

Чем отличается наука от искусства и от морали, как и где они могут соприкасаться?

Возможен ли единый методологический подход для всех наук?

Наука ли экономика? Каков ее статус в системе человеческого знания?

Какими могут быть перспективы экономики как науки?

Естественно, очерченный круг вопросов слишком широк для исчерпывающего обсуждения в рамках одной статьи, однако представляется целесообразным лишний раз затронуть эти темы, так как, с нашей точки зрения, им уделяется недостаточно внимания. Как сказал Г. Торо, «необходимы двое для того, чтобы говорить правду - один, чтобы говорить, другой - чтобы слышать» [5,с.414]. Похоже, что вышеперечисленные вопросы не обсуждаются потому, что среди ученых-экономистов очень мало тех, кто готов об этом говорить и еще меньше - готовых слушать.

Предмет и особенности экономической науки

Прежде всего, необходимо определиться с тем, что изучает экономика. Обратимся к определению, сформулированному Макконнеллом, Брю в учебнике «Экономикс»-его можно считать классикой, так как на нем воспитано очень большое количество отечественных и зарубежных экономистов.

«Экономическая наука-это общественная наука об использовании редких экономических ресурсов с целью максимального удовлетворения неограниченных материальных потребностей общества». [11, c. 16].

На наш взгляд, уже на стадии определения предмета самой науки начинаются противоречия. Во-первых, не совсем понятно, что конкретно подразумевается под «материальными потребностями общества», т. к. нет потребностей общества отличных от потребностей членов общества. Означает ли это также, что в сферу экономики не входит вопрос удовлетворения нематериальных потребностей?

Другой вопрос - что такое «редкий экономический ресурс»? Можно ли считать таковым, например, неквалифицированный труд? Если нет, означает ли это, что он не входит в сферу изучения экономики?

Термин «максимальное удовлетворение» вносит еще большую неопределенность. Сразу же встает вопрос, как определить максимум. В качестве примера можно привести «эффективность по Парето» - состояние экономики, при котором нельзя улучшить благосостояние одного члена общества, не ухудшив при этом благосостояние другого. Многие возражали, что нельзя считать эффективной экономику, в которой, по Парето, одни члены общества могут быть чрезвычайно богаты, а другие - бедны. То есть рассуждения переходят в область социальной справедливости, в науку начинает вмешиваться мораль. При трактовке предмета экономической науки в вышеприведенной формулировке трудно говорить о наличии в экономике объекта исследования, который можно научно изучать.

Рассмотрим специфические особенности экономики как науки.

Приведенное выше определение не учитывает человека в качестве творца экономических отношений. В дикой природе экономики нет. Экономические активы существуют только в представлении человека, они не объективны. И.Р. Пригожин отмечает, «Научное описание должно соответствовать источникам, доступным наблюдателю, принадлежащему тому миру, который он описывает, а не существу, созерцающему наш мир “извне”. Поэтому можно сказать, что экономические процессы доступны описанию в той мере, в какой доступны описанию представления человека. Следовательно, объектом описания или научного изучения служат экономические ожидания участников экономических отношений.

Таким образом, не существует экономики вне человека, ее «делают» мыслящие участники, не учитывать их недопустимо. Однако именно этим грешит классическая экономическая теория.

Однако при подготовке экономистов у обучающихся создается впечатление, что экономика оперирует “объективными” понятиями, не зависящими от ожиданий участников экономических процессов, а потому их можно изучать и прогнозировать существующими количественными методами.                Еще одна существенная особенность экономических процессов, о которой почему-то часто забывают - это их уникальность. ЛЮБЫЕ события, которые происходят в экономике, имеют место в совершенно определенном контексте. То есть, нет воспроизводимости при неизменности условий эксперимента. Поэтому, факт совершения какого-либо события в экономике не является достаточным основанием для того, чтобы предсказывать и описывать аналогичное событие в будущем. На основании выделенных нами особенностей экономической науки мы хотим предложить альтернативную формулировку предмета ее изучения.

Экономика-это наука, изучающая обусловленные ожиданиями воздействия человека на объекты его хозяйствования.

Экономика и естественные науки: возможен ли единый подход?

За последние несколько десятилетий стиль экономики как науки претерпел существенные изменения. Если в трудах классиков экономической мысли концепции выражены, в основном, в словесной форме, стиль изложения отличается эмоциональностью, использованием метафор, философской направленностью, то современные публикации по экономике больше тяготеют к стилю, используемому в точных науках.

Попробуем разобраться, насколько оправданно применять в экономике те же подходы, что используются в естественных науках.

В качестве способа проверки теорий в естественных науках, как правило, используется эксперимент. Довольно часто смешивают понятия эксперимента и эмпирических данных. Однако между ними есть существенная разница. Сергеев В.М. подчеркивает, что «с помощью сравнения с «природными ситуациями» ни подтвердить, ни опровергнуть научные теории нельзя. Эксперимент есть не просто реальность - это специально приготовленная реальность, в которой контролируются все параметры, считающиеся заданными (и существенными) в теоретической модели» [18, с.8]. Эксперимент предполагает также воспроизводимость результатов при неизменности условий эксперимента. Из этого становится понятно, что в классическом смысле этого слова эксперимент в экономике невозможен. Почему? - основная причина достаточно очевидна: постановка экспериментов не возможна из-за уникального характера процессов (см. выше).

По большому счету, действие «стрелы времени» имеет место и для естественных наук. Определенные параметры эксперимента и для них окажутся неконтролируемыми и уникальными в каждом случае. И. Пригожин утверждает, что «перед нами встает необходимость пересмотра самого понятия закона природы. Мы не можем больше соглашаться с законами, утверждающими эквивалентность между прошлым и будущим» [16]. Экономические процессы, как и все сложные явления, по методу описания находятся между полностью детерминированными (траектории классической механики) и полностью случайными (диффузия). Яркой иллюстрацией этого утверждения являются процессы, описываемые с помощью экспоненты Херста, демонстрирующей наличие долгосрочных корреляций.

Ясно, что те данные, которые в экономике принято называть «экспериментальными» являются, на самом деле, данными эмпирическими. То есть теми самыми «природными ситуациями», с помощью которых «ни подтвердить, ни опровергнуть научные теории нельзя». Тем не менее, они очень широко используются как раз для доказательства и опровержения научных теорий.

Для обработки этих данных активно используются различные вероятностные и статистические методы. При этом их применимость никто не обосновывает. Исходные положения просто постулируются. Наверное, самой яркой иллюстрацией служит теория эффективности рынка. Именно она легла в основу современной теории портфеля. По сути, подавляющее большинство исследований, проведенных в финансах за последние сорок лет, базируются на ней. Центральное место в ней занимает постулат о случайном блуждании цен. Исходя из этого используются статистические методы, с помощью которых исследуются стационарные временные ряды. Стационарность временного ряда в данном случае просто постулируется. Для того, чтобы математическое ожидание функции можно было определять как среднее по времени, необходимо, чтобы стационарный ряд обладал свойством эргодичности. «Эргодическое свойство состоит в том, что каждая отдельная реализация случайной функции является как бы «полномочным представителем» всей совокупности возможных реализаций; одна реализация достаточной продолжительности может заменить при обработке множество реализаций той же общей продолжительности» [7, с. 459]. Выше мы отмечали, что временные ряды в экономике уникальны, и по этой причине мы не имеем “множества реализаций”. Однако ни в теории эффективности рынка, ни в других теориях, образовавшихся на ее основе, внимание на этот факт не обращается. Эргодичность постулируется. Несколько раз мы обращались с вопросом об эргодичности к авторам, широко использующим статистические методы в своих статьях. Как правило, они просили напомнить значение этого термина… Е.С. Вентцель отмечает, что «при решении практических задач часто суждение об эргодичности случайного процесса выносится не на основе исследования поведения корреляционной функции…а на основе физических соображений, связанных с существом процесса…» [7, c. 460]. Едва ли можно говорить об эргодичности ценовых рядов, исходя из «физических соображений».

Итак, в экономике невозможны реальные эксперименты. Анализ эмпирических данных не может выступать в качестве способа доказательства и опровержения теорий. Что в таком случае остается ученому? Остается использование мысленного эксперимента.

Мысленный эксперимент применяется там, где по каким-то причинам невозможно проведение реального эксперимента. Некоторые подобные эксперименты получили широкую известность (например, «демон Максвелла», «кошка Шредингера», «поезд Эйнштейна»).

С нашей точки зрения, именно мысленному эксперименту предстоит стать основным методом экономического исследования. Однако и здесь необходимо проявлять большую осторожность. Этот метод работает при наличии некоторого «критерия правильности», которому мысленный эксперимент не будет противоречить. Мы еще вернемся к обсуждению проблемы существования этого критерия.

Почему же не смотря на весь приведенный негатив сказанное, что-то получается? Дж. Сорос в своей книге «Алхимией финансов»  писал: «В области явлений природы научный метод оказывается эффективным только в том случае, если используется верная теория; но в области вопросов социальных, политических и экономических эффективными могут оказаться и неверные теории»  [19, с. 47].

Таким образом, мы подошли к обсуждению ключевых вопросов: чем все-таки является экономика - наукой или искусством? Каковы критерии, разграничивающие все эти понятия?

Наука или искусство: чем является экономика?

Сначала мы попытаемся ответить на самый сложный вопрос: наука ли экономика? Для этого введем признаки «научности» науки и проанализируем экономику в соответствии с каждым из них.

наличие позитивных результатов;

Есть ли в экономике позитивные результаты - вопрос спорный. В определенных вопросах экономика добилась успеха: об этом свидетельствует бурное развитие финансовых технологий, усложнение экономических отношений и способов экономической экспансии. Однако большинство подобных успехов носят конкретный характер, то есть, вряд ли можно говорить о том, что выявлены универсальные закономерности в экономике. Более того, В. Полтерович отмечает, что «наиболее общие теоретические результаты носят в определенном смысле негативный характер - это заключения, утверждающие в явном или неявном виде, что в рассматриваемых теориях не хватает постулатов для того, чтобы получить ответы на поставленные вопросы» [15].

3) преемственность теорий;

Проблема состоит в том, что в экономике в большинстве случаев не наблюдается преемственности теорий. Это вытекает из предыдущего пункта: при отсутствии позитивных, принятых в той или иной мере результатов, мы каждый раз должны начинать с «чистого листа». Отсюда, очень часто разные теории абсолютно противоречат друг другу, но это не мешает им сосуществовать. Много теорий хороших и разных.

Мы вплотную подошли к центральному вопросу  - какие критерии используются в экономике, чтобы отличить «хлам» от «не-хлама», полезную теорию - от заведомо ложной.

наличие критерия истинности;

В «Философии свободы» Н. Бердяев пишет: «Всякий акт знания, начиная с элементарного восприятия и кончая самыми сложными его плодами, заключает в себе принудительность, обязательность, невозможность уклониться, исключает свободу выбора…То, что мне доказано, то уже неотвратимо для меня» [4, с. 50].

В экономике подобного неотвратимого знания, к сожалению, не установлено. В ней можно все (см. предыдущий пункт). Почему так сложилось? В общем-то, ранее мы уже ответили на этот вопрос. Факты сами по себе доказательством не являются: они ситуативны и уникальны. Эксперимент бессмыслен: он тоже будет уникальным. Четких же критериев для проверки мысленных экспериментов не установлено. А практический успех той или иной теории, - то есть приносимая ею польза в принятии решений - может ли считаться критерием истинности? Попробуем разобраться в этом вопросе.

Несмотря на все сказанное, далеко не все теории в экономике обладают одинаковым статусом. Некоторые из них вошли во все учебники, являются обязательным образовательным минимумом экономиста, тогда как другие мало кому известны и непопулярны. Если не существует критерия, с помощью которого можно отличить «хорошую» теорию от «плохой» - от чего тогда зависит популярность одних теорий и непопулярность - других? На наш взгляд, от единственного фактора: силы убеждения и красноречия авторов теорий и их возможностей для PR. Поскольку показать достоверность теорий в экономике проблематично, то слава достается именно тому, кто сумел убедить в своей правоте других. И когда достаточно большое количество людей начинает поддерживать какую-то теорию, между ними устанавливается, как бы негласная договоренность считать ее правильной. По большому счету, данная идея не нова. Об этом писал еще Кейнс[10].

Таким образом, даже если какая-то теория помогает принимать решения и зарабатывать деньги, это еще не является доказательством ее теоретической правильности; так уже было в науке, когда из неверных посылок  делались верные выводы, примеры - теория теплорода, закон Фурье.

способность предсказывать

Умеет ли это экономика? Принято считать, что да. Иначе вряд ли профессия рыночного аналитика была бы столь высокооплачиваемой. Но если разобраться в теоретических основаниях, на которых базируются данные прогнозы, становится понятным, что нельзя верить в их достоверность. Как пишет В. Баранов, «Если некто утверждает, будто он знает метод предсказания будущего состояния экономики и финансов страны (региона, города) в пределах финансового года или владеет методикой достаточно надежного (например, 85%) прогноза рыночных котировок хотя бы на 15 минут вперед, он, стало быть, сумел справиться с проблемой хаотической динамики и, соответственно, способен представить теоретические доказательства своего успеха» [3, с. 33].

Таким образом, экономика не удовлетворяет ни одному из выделенных нами признаков «научности». Можно ли на основании этого утверждать, что она наукой не является? Мы не беремся выносить столь категоричных суждений. Однако совершенно очевидно, что в теоретическом плане она еще весьма слаба и до сих пор не преодолела начальный этап становления.

Тогда каким же образом функционируют субъекты экономических отношений (причем многие из них весьма успешно)?

C нашей точки зрения, это происходит за счет искусства управлять и принимать решения. Подчеркиваем - искусства, что не тождественно науке. По словам Г. Бокля, «Искусство обладает способностью изменять события; наука - предвидеть их. Явления, с которыми мы имеем дело, покоряются искусству, но предсказываются наукой» [5, c. 310]. Основная разница между наукой и искусством заключается в их основополагающих принципах. Наука полагается на знание  универсальных законов; искусство базируется на интуиции, чувствах и восприятии. Недаром в экономике такой популярностью пользуются истории успеха конкретных личностей. Но даже соблюдая все их советы, другие, как правило, не могут достичь аналогичных успехов. Потому что ключ к их успеху именно в искусстве что-то делать, а не в знании объективных универсальных закономерностей.

Перейдем теперь к следующему вопросу: должна ли экономика учитывать вопросы морали? Мы абсолютно согласны с высказыванием М. Алле: «…экономическая наука не занимается определением целей, которые должно ставить перед собой общество, впрочем, она бы и не могла этого делать. В любом обществе существуют вопросы, связанные с постановкой цели; но определение целей не входит в сферу экономической науки (оно вообще не входит в сферу науки)» [1, c. 67]. На наш взгляд, одним из обязательных условий для того, чтобы экономика могла стать полноценной наукой, является исключение морали из рассмотрения. Если же мораль оказывается в сфере науки, то вместо того, чтобы заниматься поиском критерия истинности, от отсутствия которого так страдает экономика, его заменяют критерием нравственности. Для развития науки такой подход является пагубным. Означает ли это, что при принятии экономических решений не надо учитывать моральные аспекты? Нет, не означает. Но это уже вопрос экономической политики. Речь идет лишь о том, что наука должна бороться, прежде всего, за объективность. А уж каким образом применять ее результаты - вопрос из другой области.

Перспективы развития экономики как науки

Попробуем порассуждать. Рассмотрим два варианта - пессимистический и оптимистический.

Пессимистичный вариант: через определенное время экономика как наука практически прекратит свое существование. Почему это может случиться? Балацкий в своей статье отмечает ряд крайне неблагоприятный тенденций в экономической науке [2]. Среди них наиболее значимыми являются следующие:

снижение мотивации к исследованиям у экономистов из-за чрезмерного количества экономической литературы, отсутствия критерия оценки ее качества;

«неблагодарность» экономической науки, которая заключается в том, что многие проблемы кажутся чрезвычайно сложными до тех пор, пока их не решили, однако когда решение найдено, оно начинается вскоре казаться тривиальными, и лавры открывателя быстро блекнут;

усиление меркантильных наклонностей среди экономистов: многие талантливые экономисты предпочитают применять свои способности на практике с целью заработков, а научные открытия -«продавать» в виде консультационных услуг. Кроме того, современная эпоха характеризуется информационной перенасыщенностью, из-за чего финансирование науки во всем мире, вероятно, будет уменьшаться. В результате интерес к экономической науке еще сильнее упадет.

Добавим от себя еще одну неблагоприятную тенденцию: чрезмерную морализацию науки. Мы уже отмечали те негативные последствия, которые она может иметь.

Попытаемся представить ситуацию, в которой все отмеченные неблагоприятные тенденции будут доведены до абсолюта. Под влиянием идеологии и PR какая-то научная школа станет господствующей, все остальные будут преданы забвению. Критерий истинности в экономике так и не будет найден. Количество ученых-экономистов будет сведено к минимуму, и все их исследования будут направлены на уточнение и детализацию положений господствующей теории. На них никто не будет обращать внимания, так как все привыкнут к тому, что между экономической теорией и практикой нет ничего общего. Функция оставшихся ученых будет сводиться только к поддержанию идеологии. Исследования, имеющие практическую ценность, окончательно уйдут в неакадемическую среду и полностью превратятся в рыночный товар. То есть при пессимистическом варианте экономика фактически умрет как наука, но достигнет своего расцвета как искусство и будет пронизана моралью.

Теперь оптимистический вариант. Существующий методологический кризис в экономике будет осознан в академических кругах, и все усилия будут направлены на пересмотр существующих теорий. Будет найден и строго сформулирован критерий истинности в экономике, в соответствии с которым будут отфильтрованы и отвергнуты все теории, ему не отвечающие. Экономика сформирует свой метод исследования, который, скорее всего, сложится на основе междисциплинарного подхода. Вполне возможно, что пользу это принесет не только экономике, но и другим дисциплинам. Существенно изменится преподавание экономики в вузах. Сместятся акценты: вместо «копания» в деталях основное внимание будет уделяться основам всех теорий и методов. Мораль будет изгнана из научных исследований, и экономика будет гармонично развиваться и как наука, и как искусство.

По какому из описанных вариантов пойдет развитие экономической науки - трудно сказать. Вполне возможно, что она будет развиваться по какому-то другому, третьему пути. Время покажет.

6. Не все так плохо (вместо заключения)

Что же остается делать экономистам, осознавшим сложившийся в их науке кризис? Неужели срочно менять профессию? Да, это может быть одним из решений. Но есть и другой: пересмотреть и переосмыслить то, что воспринималось как непреложная истина. Отнестись с иронией к своим недавним заблуждениям. После того, как этап осознания будет пройден, дальше существует два варианта поведения. Первый - рекомендуется чистым практикам (людям, никак не связанным с академическим миром)- относиться к своей работе с цинизмом. Проявлять этот цинизм следует путем добросовестного использования неверифицируемых или заведомо ошибочных теорий и убеждения окружающих (в основном, клиентов) в научности и исключительной полезности используемых методов. Второй вариант - рекомендуется практикам, интересующимся наукой, и теоретикам: попытаться, как минимум, убедить коллег в необходимости пересмотра существующих подходов; как максимум - ввести критерий истинности в экономике и выработать новый подход к науке.

Закончить наши рассуждения мы бы хотели словами М. Алле: «Главный принцип научной дисциплины - постоянное сомнение в том, что считается истинным; готовность благожелательно рассматривать противоположные мнения и помогать исследованиям, направленным на опровержение суждений, в которые веришь» [1, с. 51].

Список использованной литературы:

1.        Алле М. Экономика как наука. - М.: «Наука для общества», 1995. - 167 с.

2.        Балацкий Е.В. Мировая экономическая наука на современном этапе: кризис или прорыв? // http://www.ibmh.msk.su/vivovoco/VV/PAPERS/ECCE/BALA.HTM

3.        Баранов В. Прогнозы и парадоксы // Современный трейдинг. - 2001.-№5-6. - С. 31-35.

4.        Бердяев Н. Философия свободы. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000. - 351 с.

5.        Борохов Э. Энциклопедия афоризмов (Мысль в слове) / Худож. Ю.Д. Федичкин. - М.: ООО «Фирма «Издательство АСТ», 2000. - 720 с.

6.        Вальрас. Элементы чистой политической экономии // www.liberal.ru/book.asp?Num=2

7.        Вентцель Е.С. Теория вероятностей. - М.: «Наука», 1969. - 575 с.

8.        Жариков Е.С. Проблема предсказания в науке // Логика и методология науки. - М.: «Наука», 1967 . - 340 с.

9.        Жарков В.М. Моделирование сложных систем с обменом информации физическими методами // Вестник Пермского университета. - 2001. - вып. 5. - С. 115-125.

10.     Кейнс Д.М. Общая теория занятости, процента и денег // www.economtheory.ru

11.     Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс. - В 2-х т. - М.: Республика. - 1993.-

12.     Маслов А. Экономика будущего, или наука о том, как быть богатым // http://www.urania.ru/bulletin/bk552_intro.html

13.     Менделеев Д. И. Философия. Мировоззрение. Наука. // Хрестоматия по истории философии (русская философия): Учеб. Пособие для вузов. В 3 ч. Ч.3 - М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС. - 1997. - 672 с.

14.     Осипов Ю.М. Очерки философии хозяйства. - М.: Юристъ, 2000. - 368 с.

15.     Полтерович В.М. Кризис экономической теории: доклад на научном семинаре Отделения экономики и ЦЭМИ РАН «Неизвестная экономика» // www.cemi.rssi.ru/ecr/1998/1/er981n03.htm

16.     Пригожин И.Р. Наука, разум и страсть // http://vivovoco.nns.ru/VV/PAPERS/NATURE/VV_SC31W.HTM

17.     Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. - Пер. с англ. Ю.А. Данилова. 3-е изд. - М.: Эдиториал УРСС, 2001. - 312 с.

18.     Сергеев В.М. Пределы рациональности. Термодинамический подход к теории экономического равновесия. - М.: ФАЗИС, 1999. - 146 с.

19.     Сорос Дж. Алхимия финансов. - М.: «ИНФРА-М», 1997. - 416 с.

Л.Леонтович

И.Юдин